Всеобщая история архитектуры. Том I 1. Хеттская и сиро-хеттская архитектура

Наиболее  молодой отраслью науки о древнем Востоке является история культуры народов центральной части Малой Азии, Верхней, т. е. Северной, Сирии и Северной Месопотамии. Открытие хеттскюй культуры былю огромным событием для современной науки, хотя памятники хеттов были известны давно. О некоторых из них писали греческие авторы; так, Павсаний описывает высеченную на горе Сипиле в Малой Азии фигуру хеттской богини-матери, считая ее изображением Ниобы. Однако память о самих хеттах исчезла вскоре вслед за уходом их с исторической арены.
В тридцатых годах прошлого века французский археолог Тексье описал памятники около турецкой деревни Богаз-Кёй в Каппадокии, оказавшиеся, как можно считать теперь установленным, остатками хеттской столицы Хаттушаш. Начиная с 70-х годов XIX в., участились находки хеттских надписей и рельефов на скалах, а также раскопки городов. Но только раскопки в Богаз-Кёй в 1905—07 гг., при которых были найдены тысячи клинописных табличек архива хеттского государства (Раскопки производились археологами Макриди-беем и Винклером.), дали основные материалы по истории хеттов и соседних с ними народов во II тысячелетии до н. э.
Таблички эти были расшифрованы 10 лет спустя чешским ученым Грозным и рядом других филологов; они написаны на пяти или даже шести языках.
Племена, населявшие центральное плоскогорье Малой Азии, (Верхнюю Сирию и Северную Месопотамию, с древнейшего времени принадлежали к так наз. субарейскому кругу. В клинописных текстах эти области носят название «Субариту» или «Субару». Население Северной Сирии, где во II тысячелетии возникло соперничавшее с хеттами и подчиненное им впоследствии государство Миташии, называют также хурритами. Культура хеттского государства впитала в себя местные элементы и элементы, занесенные из стоявших на более высоком уровне стран Двуречья и Крита.
Природа страны. Основной областью великой хеттской державы была Капладокия — внутренняя часть малоазиатского плоскогорья, расположенная высоко над уровнем моря и обладавшая резко континентальным климатом. Здесь проходили торговые пути, связывавшие побережье Эгейского моря с внутренними областями Малой Азии, и начиналась проходившая через столицу государства Хаттушаш великая дорога Hä Восток, в богатое Двуречье.
Горы Каппадокии и прилегающих к ней районов были богаты строительным камнем осадочных и вулканических пород и лесом высокоценных сортов.
История хеттов и Митанни. Естественные богатства, страны (металл, особенно серебро) издавна привлекали внимание народов Двуречья. В начале III тысячелетия в Каппадокии имелись уже торговые колонии ассирийцев. Отсюда хетты начинают свою экспансию около 1870 г. до н. э., когда они вторглись в Двуречье, разграбили Вавилон и положили конец династии Хаммурапи. Закрепить свои завоевания им не удалось.
 
 
Таблица 90 
 
 
Об истории хеттов на протяжении следующих XVIII и XVII вв. до н. э. сведений пока не имеется.
В это время в северной Месопотамии выдвинулось государство Митанни, близкое к хеттам по культуре и игравшее ведущую роль в Передней Азии в XVI—XIV вв. до н. э.
XIV—XIII вв. до н. э. были периодом наивысшего расцвета так наз. «Новой хеттской державы», которая погибла около 1200 г. от нашествия племен, известных нам под именам «народов моря». Столица Хаттушаш пала и была разрушена. Однако культура хеттов продолжала развиваться в XII—VIII вв. до н. э. в ряде городов Северной Сирии, где образовалось несколько небольших сиро-хеттских государств.
Социальное и экономическое устройство государства хеттов еще недостаточно изучено. Население делилось на знать, воинов, получавших за свою службу земельные участки, и ремесленников.
Во главе государства стоял царь, власть которого считалась божественной. Религия хеттов состояла в поклонении силам природы.
Памятники хеттской архитектуры. Хаттушаш (Богаз-Кёй). Древняя столица хеттов Хаттушаш была расположена в центре Каппадокии, на мысе, образованном слиянием двух притоков Галиса.
Стратегически выгодное положение города было отлично использовано: искусственно выровненная вершина холма была окружена несколькими рядами стен (табл. 90, фиг. 1), а с южной, наиболее уязвимой стороны, еще земляным валом, который был облицован камнем. С этой стороны находится участок городской стены длиной в 140 м, сохранившийся местами по высоте до 3—4 м; он описывает небольшую дугу, так как стены, охватывавшие холм, имели в плане форму неправильного овала (табл. 90, фиг. 2). Стены были двойные; внешняя, более слабая, имела 1,10 м толщины и была укреплена квадратными в плане башнями. Внутренняя, расположенная в 8,50 м от внешней, имела общую толщину 4,25 м. Она состояла из двух каменных стен толщиной в 1,60 м и в 1,40 м, связанных между собой поперечными стенками, которые образовывали кессоны, заполненные битым камнем, щебнем и землей. Ни в Египте, ни в Двуречье такая конструкция не встречается. Внутренняя стена тоже была укреплена башнями, выступающими на 4 м и расположенными. в среднем через 30 м одна от другой.
Трое ворот — на южной, юго-западной и юго-восточной сторонах — вели в город; под центральными южными воротами проходил подземный ход длиной около 70 м при высоте в 3 м и ширине в 2,40 м, выводивший к подножию холма. Подземный ход внутри облицован грубо отесанными камнями, потолок был сводчатый, при входе находилось сиденье для стражи. В кладке ворот применены гигантские каменные блоки, что было возможно только при использовании огромного количества рабочих рук. Эти блоки, составляющие нижнюю часть арочного входа, были украшены скульптурными полуфигурами львов на юго-западных воротах (табл. 90, фиг. 3) и фигурами сфинксов — на южных.
 
 
Таблица 91 
 
Кладка, как стен так и ворот, сухая, без применения раствора; громадные камни пригнаны друг к другу очень точно, особенно с наружной стороны стен. Ворота образовывали параболическую арку, высотой около 5 м, из огромных каменных блоков, отесанных по кривой и соединенных или впритык или замыкающим сверху камнем (табл. 90, фиг. 4 и 5). Проход имел форму туннеля (15,3 м длиной при 3,05 м ширины), в середине расширявшегося в довольно высокое помещение. С внутренней стороны проход вторично заканчивался аркой. Тяжелые ворота закрывали проход с внешней стороны.
На одном из монолитов у входа с внутренней стороны юго-восточных, или «царских», ворот находилось рельефное изображение женщины-воина в плотно облегающей короткой одежде, шлеме и сапогах с загнутыми носами, с кинжалом у пояса и секирой в руке (табл. 90, фиг. 4). Рельеф высокий, округлый, глаз дан в профиль, тогда как в Ассирии и Египте в это время знали только фасовое изображение глаза при профильном положении головы. Высота рельефа — 2,25 м.
Пространство внутри города было разделано стенами на отдельные участки, которые враг, прорвавшийся через внешние стены, вынужден был штурмовать каждый в отдельности.
В акрополе Хаттушаша раскопаны фундаменты трех дворцов и, по-видимому, храма», a в северном углу города видны фундаменты так наз. «Нижнего дворца» (табл. 90, фиг. 1е). План всего ансамбля «Нижнего дворца» (табл. 90, фиг. 6) обозначен огромными каменными блоками единственно сохранившегося первого ряда кладки его стен. Этот сложный комплекс построек был окружен стеной с тремя входами, к которой примыкали сплошным рядом узкие; и глубокие служебные помещения, окружавшие большой двор. В этом дворе находился дворец размерами в плане 64 м х 39 м. Монументальный вход его состоял из арки и коридора, к которому примыкали по сторонам несколько небольших комнат. Вдоль боковых длинных сторон мощеного внутреннего двора были расположены жилые помещения. На противоположной от входа стороне был открытый портик с тремя колоннами, за которыми находилась главная часть дворца. Самая большая и дальняя комната этой части дворца была, видимо, святилищем. Она имела только боковой вход, через одну из смежных комнат, и была, таким образом, совершенно изолирована. У ее задней стены, ,несколько выступавшей за линию стен остальных комнат, между двух окон сохранился постамент, на котором, должно быть, помещался какой-то культовый объект, ярко освещенный двумя окнами в боковых стенах. Следует отметить совершенно противоположный принцип решения в святилищах Египта и Двуречья с их темными целлами для статуй божества и вместе с тем сходство с более поздним храмом Нин-Max в Новом Вавилоне с выступающей за контур здания нишей.
Святилище в Язили-Кая. К востоку от Богаз-Кёй расположено знаменитое открытое святилище (или быть может, летний дворец), известное под турецким названием «Язили-Кая» («Скала с изображениями»). В двух сообщающихся между собой естественных ущельях на скалах, служащих как бы стенами святилища, рзвертывается длинная лента рельефа высотою около метра (табл. 91, фиг. 1—4)
Принято считать, что рельеф изображает церемонию брака верховных бога и богини хеттов, шествующих навстречу друг другу в сопровождении богов, жрецов, царя и пышной свиты. Существует, однако, мнение, что сюжет рельефа не мифологический, а бытовой, и что шествия изображают возвращение из похода царя и шнека и процессии женщин, вышедших им навстречу. Рельеф датируется различно (XVI—ХIII вв. до н. э.).
Рельеф заслуживает внимания как по большой выразительности выполнения (наряду с условными приемами изображения движение воинов в строю передано с большим реализмом), так и по некоторым деталям, указывающим на близость к критской культуре (например, двусторонняя секира в качестве эмблемы).
 
 
Таблица 92 
 
 
Эйюк. К северу от Богаз-Кёй находятся развалины, известные под турецким названием «Эйюк» (холм). На вершине небольшого холма видны остатки крепостной стены, от которой уцелели ворота; колоссальные монолиты их украшены фигурами сфинксов двухметровой высоты с телом быка и головой женщины в головном уборе, напоминающем египетские (табл. 91, фиг. 5). Сбоку одного из сфинксов сохранилось изображение двуглавого орла. Сфинксы были фланкированы башнями, цокольная часть которых имела ортостаты с рельефными изображениями. Часть из них (охотничьи сцены) принадлежит, судя по технике и стилю, к более ранней эпохе; другие же, изображающие богиню-матъ и музыкантов с трубами и струнными инструментами, — к более поздней (табл. 91, фиг. 6).
Памятники сиро-хеттской архитектуры. Самаль (Сен-дширли). Город Самаль в Северной Сирии, лежащий в долине реки Kapa.-Cy, притока Оронта, дает наиболее яркий пример круглого плана укреплений (табл. 92, фиг. l). K древнейшему поселению принадлежат остатки незначительных построек, относимых к ХШ в. до н. э.; к XII в. до н. э. относятся внешняя и внутренняя стены и часть построек внутри цитадели; третий период, к которому относится постройка кольцевой стены, охватывает X—VIII вв. до н.э. Город был сожжен и вновь построен а конце VIII в. до н. э. ассирийцами, постройки которых относятся уже к четвертому периоду.
Цитадель, построенная на вершине холма, была обнесена стеной в форме неправильного овала, разделенного на несколько отдельных участков внутренними стенами, с массивными воротами да южной стороне (табл. 92, фиг. 3 и 4).
Бит-хилани. Дворцы были расположены в самой высокой и наиболее защищенной части цитадели (табл. 92, фиг. 2 и 3). Ha северо-западном углу холма, во дворе, окруженном портиками, стояли два «бит-хилани», относящиеся к X—VIII вв. до н. э.; более древний был расположен на северо-восточной стороне. Бит-хилани — это вытянутые в поперечном направлении здания со входом, расположенным по оси длинной стороны и имеющим открытый портик с одной или несколькими колоннами; портик фланкирован двумя выступами-башнями. Бит-хилани имели два неглубоких, но широких зала, расположенных параллельно один за другим, причем второй был обычно больше первого и был окружен небольшими комнатами.
Сохранилась база одной из колонн портика во дворце (табл. 92, фиг. 6). Два крылатых сфинкса с женскими лицами на низеньких лапах несут на спинах плоскую базу; передние части их тел выполнены объемно, а задние — рельефом, зрачки глаз сделаны инкрустацией из черного камня, глазное яблоко — из белого. Ствол у колонн и капители не сохранились.
У подножья холма, на расстояний, почти равном ширине цитадели, расположены двойные внешние стены в форме почти правильного круга с тремя воротами на южной, западной и северо-восточной сторонах (табл. 92, фиг. 1). Каменные фундаменты уходят в землю на глубину более 1 м, на них стоят стены толщиной в 3,5 м, укрепленные расположенными через небольшие промежутки башнями, число которых равнялось 206, по 103 в каждой стене. Враг, форсировавший первую стену, попадал в узкий коридор, отделявший ее от второй, под удары защитников города. Южные ворота стен украшены, так же как и ворота цитадели, скульптурными рельефами, но более совершенно выполненными. Рельефы расположены около входа с наружной стороны и вдоль стен туннеля, расширяющегося внутри ворот в небольшой дворик. Город Самаль был сожжен ассирийцами около 720 г. до н. э.
 
 
Таблица 93 
 
Сакче-Гезу. Среди развалин сиро-хеттского города, расположенных к северу от Самаля и известных под турецким названием Сакче-Гезу, интересны остатки большого укрепленного дворца (табл. 93, фиг. 1—4). Массивная стена толщиной в 3,65 м с выступающими почти на метр башнями имеет в плане форму слегка неправильного прямоугольника (66 м х 50 м). Она сложена из мелких камней и облицована крупными квадрами, положенными насухо. Стена сохранилась на высоту около 4 м, но, судя по глубоким и массивным фундаментам, была значительно выше. Ворота, расположенные в середине узкой юго-западной стороны, фланкированы, как обычно, мощными башнями, которые были украшены рельефами в большинстве исчезнувшими. К ним принадлежат три ортостата, находящиеся в берлинском музее, с изображением царской охоты на льва. Внутри ограды находятся остатки многочисленных более поздних построек, частично захватывающих площадь дворца. Самый дворец занимал в глубине ограды площадь, близкую к квадрату (около 23 м х 23 м). По деталям портика и скульптурным украшениям фасада дворец этот близок дворцу в Самале (VIII в. до н. э.). Ортостаты и база колонны портика найдены стоящими на месте, и план здания может быть восстановлен по ним (табл. 93, фиг. 2). Единственная колонна портика имела базу в форме плоской и круглой подушки, лежащей на спинках двух сфинксов с женскими головами (сохранилась только правая) с  инкрустированными, ныне исчезнувшими глазами (табл. 93, фиг. 4). По бокам портика стоят два изображения львов в натуральную величину, головы которых выполнены объемно, а тела рельефом (табл. 93, фиг. 3). На следующих за ними ортостатах изображены крылатые сфинксы с мужскими головами и торжественная процессия. За портиком расположены два больших вытянутых в поперечном направлении зала, окруженных жилыми комнатами. С северо-запада к дворцу примыкает вымощенный булыжником двор.
Кархемиш. Крупным торговым центром и важной хеттской крепостью был Кархемиш, выгодно расположенный нa пути из Малой Азии в Двуречье и защищенный естественным прикрытием сдутого берега Евфрата, Первое открытое раскопками поселение (цитадель Capгона) относится к древнейшему, до-хеттскому времени (табл. 93, фит. 5a). Стены его, датируемые третьим тысячелетием до н. э., следовали очертаниям холма. Второе поселение б сильно разрослось и было обнесено овальными в плане укреплениями, состоявшими из земляных валов на каменном цоколе со стороны равнины, и из каменной стены с выступами со стороны реки. Оно просуществовало до разгрома города (в 1200 г. до а. э.) «народами моря». Наиболее интересно третье поселение в, выстроенное после разгрома. Этот новый город, еще более разросшийся, был окружен третьим рядом стен (двойных на некоторых участках), сложенных из кирпича-сырца на фундаменте из мелкого камня и щебня. Стены облицованы с обеих сторон тщательно вытесанными и подогнанными крупными каменными блоками. Часть ортюстатов состояла из белых плит известняка, украшенных рельефами, чередующихся с черными базальтовыми.
К третьему поселению относятся также остатки дворца, богато украшенного рельефами с изображением боевой колесницы, двух богов на льве, отряда воинов, праздничного шествия женщин и музыкантов.
Тель-Халаф. Интересные материалы получены при раскопках холма Тель-Халаф на притоке Евфрата — Хабуре. Во II тысячелетии эта область входила в состав государства Митанни близкого по культуре к хеттам и игравшего видную роль в XVI—XIV вв. до н. э. Плодородная область хорошо орошена, богата строительным камнем (базальтом и обсидианом). Холм был обитаем с древнейших времен; город, древнего названия которого мы нe знаем, много раз был разрушен и снова восстанавливался.
 
 
Таблица 94 
 
 
Расположенный на скрещении ряда путей, город этот издавна являлся одним из важнейших центров, субарейской культуры. Период его наивысшего расцвета, видимо, относится к периоду Наибольшего могущества митанийского государства, т. e. к XV в. до н. э. (Производивший здесь раскопки Оппенгейм датирует город даже III, тысячелетием, но стилистический анализ памятников говорит в пользу более позднего времени). В XII в., после нашествия «народов моря», здесь возникло небольшое самостоятельное государство, цари которого, Хадиану и его сын Kaпapa, отстроили город, широко использовав остатки прежних построек. Дворец Капары был разрушен около 1100 г. до н. э. ассирийцами, но город, благодаря выгодным условиям, продолжал существовать вплоть до нашествия Тимура.
При восстановлении города Kaпapa не только использовал материалы от разрушенных построек, но возобновлял постройки, видимо, по старым планам и в духе местных традиций. Поэтому эти постройки мы можем рассматривать, как пример субарейской северо-месопотамской архитектуры.
Город, в противоположность круговому плану Хаттушаша и Омаля, имел в плане форму вытянутого прямоугольника площадью около 60 га (1000 м х 600 м). Узкие (до 1 м) улицы были замощены щебнем. В санитарном отношении город был благоустроен. Некоторые из глинобитных домов имели ванные комнаты, пол которых был вымощен обожженным кирпичом или покрыт асфальтом; под полом проходил сточный канал из керамических труб, соединявшийся с уличной канализационной сетью; роль ванны играл большой керамический сосуд, вкопанный в землю.
На северо-западной самой высокой части холма была расположена цитадель (табл. 94, фиг. 1), обнесенная стеной из сырца (200 ц х 300 м), а с восточной стороны еще и рвом, вырубленным в твердой скале, что говорит о широком размахе строительных работ.
Наиболее интересной частью ансамбля является постройка (табл. 94, фиг. la и 2 —6), дорога к которой, подымаясь вверх по холму, вела через южный ворота цитадели а к монументальным воротам б, украшенным скульптурными изображениями фантастических существ — крылатых скорпионов с головой человека (табл. 95, фиг. 1). Истолкование значения этих фантастических существ дает возможность понять и назначение здания, к которому ведет дорога. В эпосе о герое Гильгамеше, спускавшемся в преисподнюю тою же дорогой, которой ежедневно ходит бог солнца, упоминается о том, как герой достигает гор Машу,«что восход и закат стерегут ежедневно»; там «люди-скорпионы» стерегут ворота, грозен их вид, их взоры - гибель, страшен их блеск, повергающий горы, — при восходе солнца  и закате стерегут они солнце». Миф о Гильгамеше сложился в Шумере, но он был хорошо знаком и хетто-субарейской культуре, и некоторые из его эпизодов нашли свое отражение в рельефах Тель-Халафа. Можно высказать поэтому предположение, что основное назначение описываемой постройки — культовое, что это — святилище, посвященное культу бога-солнца, игравшего одновременно роль бога плодородия, хотя часть помещений и носит дворцовый характер.
Пройдя ворота с человеко-скорпионами, дорога к святилищу шла дальше на северо-запад, огибала угол террасы и приводила к небольшой площади, с которой, повернув лицом к югу, посетитель попадал на маленький дворик и на открытую лестницу перед входом в святилище (табл. 94, фиг. 1 и 2).
Фасад его представлял собой открытый портик, зажатый между двумя монументальными башнями. По сторонам портика стояли сфинксы с львиным туловищем и женской головой (табл. 94, фиг. 4—6). Общая ширина фасада составляла 21,5 м. Между сфинксами, в портике (шириной в 9 м) были помещены три огромных изваяния главных божеств хетто-субарейского круга: бога грома Тешуба, богини-матери Хепет и бога солнца, их сына. Они стояли на покрытых рельефами кубах, водруженных на спине посвященных им животных (быка, львов). Массивные головы животных с яркими инкрустированными глазами заслоняли от зрителя кубы, зато фигуры были видны полностью. Высокие конусообразные тиары на их головах служили опорами для деревянной балки перекрытия. Изваяния играли, таким образом, роль кариатид. Высеченные из огромных черно-серых базальтовых блоков, они должны были производить сильное впечатление монументальностью своих форм, выделявшихся на желтом фоне обмазанных охрой стен.
Расположение комнат за портиком было обычным для бит-хилани: два вытянутых в поперечном направлении зала, служивших, видимо, парадными помещениями и окруженных с трех сторон жилыми комнатами, которые отапливались бронзовым очагом на колесах.
 
 
Таблица 95 
 
 
Портик бит-хилани всюду имел лишь одну или две колонны, несущие перекрытие, и только в Тель-Халафе мы впервые встречаемся с ярким примером оформления монументальной скульптурой того типа постройки, который позже был использован и в ассирийской архитектуре с определенным указанием на место заимствования его: «возведена постройка эта по образцу постройки хеттской страны, называемой на языке западной страны хилани», — гласит надпись Саргона II, ассирийского царя.
Вокруг террасы перед портиком святилища стояли на небольших базальтовых базах деревянные опоры, поддерживавшие балки деревянного же навеса. Под навесом стоял алтарь, облицованный глазурованными кирпичами желтого и зеленовато-голубого цвета, и двухметровое изображение орла (птицы солнца) на невысокой подставке.
Базальтовые ортостаты цокольной части высотой более 1 м имели рельефы, сюжеты которых были связаны с культом трех божеств. Углы фасада были выделены ортостатами высотой в 1,55 м, с изображением крылатого быка-льва с лицом человека, с инкрустированными, как у всех статуй, глазами.
Следует отметить полный отказ скульптора от пользования перспективой в рельефе, полное подчинение последнего плоскости стены, органической частью которой он является. Но в противоположность плоскостному рельефу Египта и Двуречья рельеф Тель-Халафа представляет в ряде случаев попытку передать человеческое лицо и фигуру на плоскости в полный фас, — такова фигура Тешуба на ортостате.
Южная стена святилища, относящаяся к более раннему периоду, чем строительство Хадиану и Канары, возвышается на мощных субструкциях и укреплена двумя угловыми башням-и и тремя выступами. Основание стены между ними было украшено скульптурными ортостатами меньших размеров (высотой в 60—30 см при толщине в 20 см), связанными со стеной деревянными скрепами; на них лежал деревянный карниз (табл. 94, фиг. 3; табл. 95, фиг. 2 — 5). Черные базальтовые ортостаты чередовались с ортостатами из известняка, окрашенными в красный цвет, что должно было в сочетании с желтым теплым тоном стен, окрашенных охрой, придавать красочный характер всей постррйке, возвышавшейся над городом.
Всего найдено 187 ортостатов, извлеченных строителями Капары из слоев более раннего времени. Они были, вероятно, в первоначальной постройке сгруппированы по сюжетам и композиционно объединены. Использованные Капарой вторично, они оказались разрозненными, и их первоначальная связь еще не восстановлена. Изображения на этих рельефах чрезвычайно разнообразны: воины и божества, животные, сцены охоты на них и борьба их между собою, сцены культа и быта, фантастические существа.
На северо-восточной стороне цитадели находился жилой дворец Капары (табл. 94, фиг. 1г); он состоял из ряда комнат, расположенных вокруг двух открытых внутренних дворов. Дворец был укреплен массивной стеной, выстроенной на субструкциях более раннего цветущего периода города, и канализован; узкий ход вел к источнику, находившемуся у подножия холма цитадели. Дворец был обсажен деревьями, для которых в каменистой почве дворов быиви вырублены глубокие ямы, наполненные плодородной землей.
С восточной стороны южных ворот цитадели Тель-Халафа, выдвигаясь за пределы стены в сторону города,  была расположена терраса из массивной сырцовой кладки, на которою вели две ступени. Платформа была замощена обожженным кирпичом.
В передней части массивной кладки террасы были найдены две женские фигуры, сидящие на тронах с сосудом в руке и изображавшие, вероятно, богиню Хепет. Хотя (настоящее местонахождение этих статуй в древности не установлено окончательно, но характер их указывает на тесную связь этой монументальной скульптуры с архитектурой.
Следует отметить значительно большее совершенство тех частей построек, которые были возведены до Капары, т. е. до XlT в. до к. э. В постройках времени Капары поражает сочетание дешевых материалов с отлично обработанным базальтом и известняком. В качестве строительного , материала всюду использованы кирпич-сырец, скрепленный раствором глины. Будучи хорошо знакомы с аркой, строители Капары обычно предпочитали деревянную поперечную перекладину для дверей. В ряде случаев широкие деревянные проемы поддерживались деревянной опорой на каменной базе. Объяснение такому странному на первый взплйд явлению кроется в том, что для больших и сложных архитектурно-технических работ у Капары не было ни достаточного количества рабочей силы, ни материальных возможностей. Где были старые каменные фундаменты, там на них возводились новые стены из сырца; план построек оставался прежним, и там, где это удавалось, строитель использовал извлеченные из земли ортостаты, скульптуры и т. д.
Алалах (Тель-Атчана). В 1036—38 гг. археологом Уулеем был частично раскопан холм Тель-Атчана (современное название), расположенный на правом берегу реки Оронта, неподалеку от Антиохийского озера, на южной окраине хеттского государства. Расшифровка найденных таблиц показала, что в Тель-Атчане обнаружен древний город Алалах, бывший в течение нескольких веков второго тысячелетия до н. э. столицей местного сиро-хеттского князька. Наиболее интересные раскопанные здесь архитектурные сооружения  — дворец и крепостные ворота. Дворец относится, по всей вероятности, к XVI—XIV вв. до н. э.; крепостные ворота,  возможно, древнее дворца еще на полтора-два столетия. Дворец (табл. 96, фиг. 1) в целом построен не единовременно: его восточная половина и (помещения, прилегающие к северной стене, пристроены несколько позднее, хотя возможно, что восточная половина с ее более крупными залами, значение которых, помимо размеров, подчеркнуто их оформлением (портиком с колоннами), предусматривалась уже при постройке основной, западной части, с которой она соединена всего одним боковым входом. При пристройке восточной, части дворца была дублирована восточная стена западной части. При этом на заделанной стороне старой, стены оставлена даже ее штукатурная облицовка.
Южная, косо расположенная часть, надстроена над фундаментами предшествовавшего дворца, чем и объясняется странное примыкание ее к основному дворцовому массиву. Остатком более старых сооружений объясняется, по-видимому, и форма плана его северо-западного угла, массивные стены которого заставляют предполагать здесь наличие высокой, башни. Судя по чрезвычайной толщине некоторых стен, по наличию лестницы и по некоторым другим признакам, дворец имел , в высоту более одного этажа (табл. 96, фиг. 6). Жилище хозяина дворца помещалось, по-видимому, именно в верхнем этаже, о планировке которого приходится строить лишь более , или менее вероятные догадки. Дворец, если не считать кухонь, расположенных в южном, косом его выступе (табл. 96, фиг. 1л), имел всего один вход. Вход этот (табл. 96, фиг. 1а и (2) был обработан в виде двухколонного портика, из которого влево открывался доступ в западную, более интимную часть дворца, вправо — в восточную, парадную часть. Несмотря на обилие помещений, во дворце было всего два двора, б-е и совершенно отсутствовали коридоры, так что комнаты в большинстве своем были проходными. В расположении помещений и дверных проемов строители не стремились к симметричности и, по-видимому, сознательно избегали сквозных анфиладных осей. Симметрично расположены лишь четыре комнаты по бокам центрального двора б и четыре помещены по сторонам северовосточного зала с колонной ж. Западная часть дворца в явно служила женской половиной.
Восточную часть занимали жилые комнаты мужской половины, а также официально-деловые и парадные помещения дворца. Три северо-западных помещения к, судя по найденным в ник сосудам, служили винными погребами и кладовыми для Масла. Большое внимание уделено строителями дворца санитарно-бытовым устройствам, ванны д и уборным г, причем любопытно, что они всегда расположены в конце цепи проходных комнат. Кухни л, расположенные в южном крыле с особыми входами, были отделены, таким образом, от жилых и парадных помещений дворца.
Основным строительным материалом дворца служили кирпич-сырец и дерево, примененное в совершенно исключительном обилии. Фундаменты были из камня; выше стены клались из кирпича-сырца., но имели весьма необычный дополнительный деревянный каркас. Непосредственно по краю каменного фундамента закладывались вдоль стены горизонтальные деревянные брусья с поперечным сечением 0,30 м х 0,30 м; через каждые 0,60—1,20 м закладывались короткие массивные приблизительно 0,50 м х 0,30 м х 0.20 м) деревянные брусья перпендикулярно плоскости стены (см. отверстия в стенах на табл. 96, фиг. 5); концы этих перпендикулярно направленных брусьев лежали непосредственно на брусьях, положенных продольно. На выдвинутые из стены концы перпендикулярных брусьев прикладывался к стене следующий ряд продольных брусьев, и так эта конструкция повторилась несколько раз по высоте, по-видимому, до самого вepxa стены. Промежутки между наружными брусьями закладывались кирпичом-сырцом, и затем вое это покрывалось штукатуркой. Точно такое же устройство стен с перемежающимися рядами деревянных ложков и тычков мы встречаем во дворце Самаля (X в. до н. э.) и позднee в Тель-Таинате (VIII в. до н. э.). Конструктивно оно не оправдывается и является, очевидно, архаическим пережитком — перенесением на стену из кирпича-сырца конструктивных приемов, заимствованных из крепления глинобитных или бутовых стен, где они были вполне мотивированными. (Из дерева же, несомненно, были и колонны, примененные кое-где во дворце, в частности, в бортике (табл. 96, фиг. 2), на известняковом пороге которого сохранились две базальтовые базы колонн. Базальт, в виде ортостатов, покоящихся на известняковых плитах, был применен: также для облицовки низа стен портика и некоторых более важных помещений дворца.
 
Таблица 96 
 
 
По некоторым чертам своей архитектуры сгоревший в XV в. или в XIV в. до н. э. дворец Алалаха близок, с одной стороны, критским постройкам среднеминойского периода, с другой стороны — архитектуре других хеттских городов. О связи с Критом и с Кипром говорит, между прочим, керамика Алалаха (табл. 96, фиг. 3). Известные черты сходства, с хеттской архитектурой обнаруживают и крепостные ворота Алалаха, относимые Уулеем к XVIII в. до н. э. (табл. 96, фиг. 4).
Тель-Таинат. Неподалеку от Тель-Атчаны, в той же Антиохийской долине, расположен холм Тель-Таинат.
В результате недавних раскопок здесь найдены остатки двух больших зданий, датируемых IX—VIII вв. до н. э. Одно из них — дворец типа бит-хилани, имеющий в плане форму неправильного прямоугольника размерам около 59 м х 29 м(табл. 97, фиг. 1a). В середине фасада, расположенного по северной стороне, находился открытый портик с тремя колоннами, базальтовые базы которых найдены нетронутыми на своих местах. Базы представляют собой три плоские подушки, покрытые резьбой из плетенок, розеток и жгутов (табл. 97, фиг. 2). Они очень сходны с базой, найденной при раскопках в Самале (табл. 92, фиг. 7). В углу портика помещался вход на лестницу, ведущую на второй этаж или на крышу здания.
Конструкция стенной кладки принадлежит к тому же типу, что и во дворцах Самаля и Тель-Атчаны. Стена была обшита панелями из горизонтальных брусьев. Сырцовая кладка была укреплена поперечными бревнами, проникавшими в стену на глубину 80—100 см через равные промежутки. 
Другое здание расположенное к югу от дворца, было, несомненно, храмом и представляло собой мегарон, выходивший фасадам на восток (табл, 97, фиг. 1б). К открытому двухколонному портику в антах вели три ступени из крупных каменных плит. База северной колонны найдена на месте. Она представляет собой двух лежащих рядом львов с разинутыми пастями и оскаленными зубами (табл. 97, фиг. в). На их спинах лежит плоская подушка, служившая опорой для колонны. Дверь на центральной оси здания вела во внутреннее помещение, в глубине которого было расположено небольшое святилище.
Важно отметить находку в Сирии мегарона, относящегося к IX—VIII вв. до н. э. Здесь же были найдены обломки колоссальной статуи, восседавшей на троне, спинка которого опиралась на две колонны. Сохранившаяся верхняя часть одной из них может дать отправную точку для реставрации колонны и капители хеттского ордера, до сих пор еще нигде не обнаруженных раскопками (табл. 97, фиг. 4).
 
 
Таблица 97 
 


Понравилась статья? Поддержите нас донатом. Проект существует на пожертвования и доходы от рекламы