История культуры История Большой Никитской улицы

Алексей Иринин

Пожалуй, одной из самобытнейших улиц Москвы является Большая Никитская. Большая и Малая Никитские улицы названы так по Никитскому женскому монастырю, находившемуся на Большой Никитской улице.

Старинная архитектура домов, сохранила в себе массу интересных историй. Практически каждое строение на Большой Никитской может поведать о ярких эпизодах из прошлого. Фрагменты навсегда ушедшей от нас эпохи XVIII – XIX веков запечатлены в причудливых вензелях колонн и помпезном оформлении, увы, рассыпающихся фасадов. Неумолимая рука времени уже давно стирает с московских улиц творения гениальных зодчих, создававших неповторимый облик столицы.

Большая Никитская улица

Большая Никитская – совершенно особая улица. В отличие от большинства центральных радиусов города здесь очень мало магазинов. То есть они конечно же существуют, особенно в начале, между Манежной площадью и памятником Тимирязеву, но все равно их меньше, чем, к примеру, на Тверской или на Маросейке. Что же вместо магазинов? Московский университет. Консерватория. Театр Маяковского. Дом литераторов. И дальше в том же духе. То есть эта улица – одно из самых популярных интеллигентских мест Москвы.

Большая Никитская улица в сторону центра в 2007 г. Фото: https://humus.livejournal.com/

А на участке между церковью Большое Вознесение и Садово-Кудринской и вовсе сохранилась старая, дореволюционная Москва, не тронутая ни фатальным разрушением, ни чересчур активной реставрацией. Внутри этих архитектурных памятников – всевозможные конторы и конторочки, как было при советской власти во всем центре города.

Так что Большая Никитская улица – еще и социокультурный памятник, при этом всероссийского значения. Большую Никитскую считают музеем классицизма. Его корифеи стремились, по словам Василия Баженова, реализовать «главнейшие три предмета: красоту, спокойность и прочность здания». Многим домам, построенным в эту эпоху, свыше двухсот лет. В Москве нет другой такой улицы, где столько зданий классической архитектуры. Это дало основание искусствоведам утверждать: «Лишь малое число улиц сохранило от прошлой истории не черепки, а столько памятников и в такой полноте» как на Большой Никитской. По сравнению с другими старыми улицами, Большая Никитская достаточно протяженная – 1 км. 700 м.! Она делится Никитскими воротами на две части, прежде имевшими разные названия. Проезд до ворот Белого города назывался Новгородской и Вологодской улицей во времена, когда менявшая положение дорога шла через Волоколамск. Тогда возникла слобода новгородцев и жителей Устюга, ставших москвичами по царской воле. В слободе в XVI веке появилась церковь Малое Вознесение с пределом Прокопия Устюжского. Каменной она сделалась с 1627 года. У церкви Знамения (за новым зданием Московского университета на Моховой) сохранились две каменные палаты, признанные археологами за остатки Опричного двора, который Иван Грозный вывел из Кремля. За Опричным двором находился Никитский женский монастырь. Улица переняла его имя.

Летопись

1584 – построена церковь Малое Вознесение.
1626 – построена церковь Федора Студита.
1786 – выстроено старое здание Московского университета.
1798 – заложена церковь Большое Вознесение.
1831 – в церкви Большое Вознесение венчался А. С. Пушкин.

Церковь Большое Вознесение у Никитских ворот

1835 – выстроено новое здание Московского университета.
1837 – построена университетская церковь святой Татианы, покровительницы студенчества.
1905 – Большая Никитская становится одним из центров уличных боев.
1918 – церковь святой Татианы переоборудована под читальный зал.
1920 – Большая Никитская улица переименована в улицу Герцена.
1922 – церковь святой Татианы переоборудована под студенческий клуб.
1923 – открыт памятник Клименту Тимирязеву.
1935 – на месте Никитского женского монастыря выстроено здание электроподстанции метрополитена.
1976 – построено здание ТАСС.
1994 – улица Герцена вновь переименована в Большую Никитскую.
1995 – в университетской церкви святой Татианы возобновились богослужения.

Достопримечательности Большой Никитской улицы

Большая Никитская улица часто меняла названия. Была она Сторожевой и Волоцкой, в 1920 году ей совершенно неожиданно присвоили имя А. Герцена, а под конец прошлого века она снова сделалась Большой Никитской.

Начинается улица с университета. Слева – так называемое новое здание, а справа – старое. Эти названия конечно же условны и известны только краеведам. Для простого современника все эти здания безумно, безнадежно старые. А новое – то, что на Воробьевых горах. Однако и оно отнюдь не первой свежести. В те же времена, когда на Воробьевых были лишь деревни и поля, существовали только эти здания.

Большая Никитская. Корпуса Московского университета. Фото: 1890 г.

Перед новым зданием – памятник Ломоносову, третий по счету. Первый, бюст работы скульптора С. Иванова, установлен был 12 января 1876 года.

В октябре 1941 года, во время бомбежки, памятник был опрокинут фугасной бомбой. При этом постамент разрушился, а бюст остался цел. Его установили на каменной глыбе. Следующий Ломоносов появился здесь, на площади, лишь в 1954 году (автор – маститый скульптор С. Меркуров). Впрочем, это изваяние вышло неудачным. Неудивительно, что в 1957 году возник нынешний памятник работы И. Козловского. А по соседству, во дворе старого здания, высятся два бетонных деятеля – Герцен и Огарев. Выполненные скульптором Н. А. Андреевым, они были поставлены здесь в 1922 году как временные изваяния.

Сразу же за университетом, по правой стороне улицы Герцена, располагался магазин книготорговца и издателя Параделова. Он прославился тем, что хотел выпустить справочник «Словарь псевдонимов русских писателей». Следом за лавочкой – своеобразная мистификация. Надпись на фасаде: «Зоологический музей».

Напротив и чуть впереди – электроподстанция метро, вдохновенное создание архитектора Фридмана (по определению Ильи Ильфа), в 1935 году вставшее на месте Никитского женского монастыря. А чуть далее – консерватория и памятник П. Чайковскому.

Самое известное, самое людное, самое притягательное место на Большой Никитской, разумеется, консерватория. Это и образовательное учреждение, и концертная площадка, и культурный центр. А еще она старательно оправдывает свое имя. Это самое консервативное учреждение на улице. Как играли музыку, так и играют.

Московская консерватория. Фото: 1954 г.

Рядом с консерваторией – маленький, серый, невзрачный особнячок. Он был построен в 1915 году в стиле неоампир. Настолько «нео», что от настоящего ампира остались только маленькие масочки. Это здание раньше было известно потрясающим кафе «Оладьи». А главной достопримечательностью этого кафе считалась винтовая лестница.

Дело в том, что еще в 1919 году «Московская трудовая артель художников слова», в которую входил Есенин, получила это здание под книжный магазин. До «художников» оно принадлежало своему маститому соседу – консерватории, и консерваторский старичок, который обладал связкой ключей от нынешних «Оладий», отказывался с ними расставаться.

Как бы то ни было, лавочка вскоре закрылась, и в неоампирном строении поселилась гомеопатическая аптека номер три. Напротив – церковь под названием Малое Вознесение. Она была одной из самых модных в позапрошлом веке, и сюда приходили не столько молиться, сколько высматривать невест и женихов.

Церковь Малое Вознесение

Чуть дальше – дом № 24 – одно из первых в городе доходных зданий с мрачной и крутой чугунной лестницей. В центре же участка – двухэтажный особняк. Здесь в 1877 году у Батюшкова жил только что женившийся Петр Ильич Чайковский. Там же размещалось и филармоническое консерваторское училище, где в кабинете директора Д. Шостаковича высились два мастодонта – концертных рояля.

После же революции, а именно в 1921 году, здесь обосновалась лавочка писателей, в которой продавали (и, конечно, принимали на комиссию) не только книги, но и рукописи, и автографы, и даже самодельные книжонки, сделанные нищими писателями из простой оберточной бумаги. А руководили тем учреждением два теперь уже почти забытых, но весьма талантливых писателя – Зайцев и Осоргин.

Домом № 26 перед войной с Наполеоном владел некто Поздняков. Он у себя устроил крепостной театр – ведь Поздняков считался прогрессивным человеком и ценителем прекрасного.

Дом №26, в котором находился театр Петра Позднякова. Фото: 1982 г.

 

 

Когда Москва была захвачена французами, Наполеон открыл здесь свой театр. Напротив же – другой театр, Маяковского. До войны с Наполеоном это был трехэтажный каменный дворец с изящнейшей ротондой в центре. В 1812 году он погорел, но через четверть века все-таки был восстановлен. Поначалу – в строгом стиле, но чуть позже он оброс лепниной и прочими красотами, модными в середине девятнадцатого века. Дом простоял до 1885 года.

А потом на участке был построен театр (по проекту архитектора Терского) в том чудовищном стиле, который считался тогда «русским» (как позднее, в 40-х года ХХ века, классицизмом считался электрический набор форм, составленный в духе скверной поваренной книги). Все постройки были снесены, от старого дома уцелел только маленький фрагмент – скругленный угол, соединяющий театр с соседним домом. Вероятно, это остаток дома еще XVIII века.

До революции тут был театр «Парадиз» – по имени антрепренера Парадиза, собственно и основавшего этот театр. Правда, в скором времени его прозвали «Интернациональным» – на сцене часто выступали певцы из заграничных стран.

После революции тут разместился Теревсат – Театр революционной сатиры. Руководил им Мейерхольд.

А на другой стороне – ТАСС с традиционной фотовыставкой в своих витринах.

Здание построили в 1976 году, и говорят, сам Гришин, первый человек в Москве, остановил рост телеграфного агентства, замышлявшегося выше раза в два. Высота его и по сей день загадочна – днем здание кажется четырехэтажным, а вечером – восьми, поскольку загорается внутренний свет, и в каждом громадном окне появляется тонкая горизонталь перекрытия.

Рядом же, на бульваре, – памятник Клименту Тимирязеву.

Здание ТАСС

Памятник Тимирязеву – один из символов послереволюционной Москвы. Он был заложен в ноябре 1922 года, спустя пять лет после известного события. Место было выбрано отчасти знаковое – здесь раньше стоял дом князя Гагарина, сгоревший как раз в октябре 1917 года, во время так называемых революционных боев. Не говоря уж о личности самого Тимирязева, с одной стороны, ученого с мировым именем, с другой – человека, весьма приязненно отнесшегося к новой власти.

Рядышком с бульварами – церковь Большое Вознесение. Здесь, как известно, в одном из приделов в то время еще не достроенной церкви венчался сам Пушкин.

За ним – снова памятник, правда, не Пушкину, а Алексею Толстому. Напротив же другая церковь – Федора Студита. Она строилась в семнадцатом столетии как больничный монастырь. Здесь поначалу обитали шесть монахов-лекарей и двадцать монахов-больных «для душевного спасения». То есть, по сути говоря, это была психушка. Но в 1709 году тот монастырь закрыли, и церковь стала приходской. После революции церковь закрыли, и разместили в ней Исследовательский институт жиров.

Памятник Алексею Толстому в Москве

Далее – скромненькие здания со скромной же историей. В доме № 31 в 1905 году проживал пианист Гольденвейзер. Он писал Танееву: «Здесь у Никитских ворот беспрестанно стреляют, на Тверском бульваре стоит пушка». В доме № 33 находился магазин «Грамотей», разумеется, с букинистической лавкой. На другой стороне – особняк Суворова (дом № 42). Кстати сказать, полководец жил скромно.

По соседству, в доме № 44, проживал известный анархист Кропоткин. Он приехал в Москву в 1917 году после февральской революции и поначалу жил в Кремле, а после снял квартиру в этом доме. Собирался всерьез помогать новой «демократической» городской думе. Но тут случилась революция, и думу распустили, а квартира оказалась в центре боевых событий. Напротив, в доме № 43, в 1920-е располагался Международный комитет помощи голодающим России, или «Миссия доктора Нансена». А по соседству проживал врач Остроумов, один из лучших докторов Москвы. Его клиника на Девичьем поле была лучшей в Москве.

Есть на улице еще один занятный экспонат – дом № 46, где в гостях у Васильчиковых засиживались Айвазовский, Глинка, Гоголь, Сергей Соловьев: «У Васильчиковых по средам большие вечера». А через сотню лет здесь поселился гоголевский поклонник Михаил Булгаков. Поселился у своей сестры, на антресолях здания, в «тереме-теремке». И, видимо, не знал, что тут частенько отдыхал Гоголь, его кумир.


Дом № 46 в 1950-е гг.

Рядышком – бывший участок Гончаровых. Здесь жила в девичестве Наталья Николаевна. В период ухаживания Александр Сергеевич Пушкин часто ездил на Пресню – к Екатерине Ушаковой. Потом же признавался, что «он ездил всякий день к сей последней, чтоб два раза в день проезжать мимо окон» своей настоящей возлюбленной. Во времена своего жениховства он часто глядел из окошка невесты на лавочку гробовщика, находившуюся по ту строну улицы. И не удержался от соблазна – написал повесть «Гробовщик».

Впоследствии на гончаровском участке, в доме № 42, жил Немирович-Данченко и хвастался чудесным книжным шкафом, изготовленным по своему эскизу. Шкаф состоял из множества закрытых секций с портретами писателей, наклеенными на затейливые дверцы. А внутри конечно же стояли их произведения.

В доме под номером 58 проживал археолог Игнатий Стеллецкий. Внешне дом № 58 по Большой Никитской малопримечателен. Даже как-то не верится, что здесь проживал один из известнейших и романтичнейших археологов прошлого.

Неподалеку, на Садовой-Кудринской, находится Музей А. П. Чехова. Дата открытия Дома-музея А. П. Чехова довольно необычная – 1 января 1954 года.

Напротив – Планетарий.

1929 год запомнился московским жителям высылкой Троцкого, началом культа личности и открытием на Садовой-Кудринской улице странного дома с яйцевидной крышей – Планетария. Он был отнюдь не первым в мире. Один уже работал в Австрии, один – в Италии и целых десять – в Германии. В Москве же ни о чем подобном и подумать раньше не могли – православие было официальной религией, а Планетарий неизбежно подрывал веру во Всевышнего. Автором первого в столице Планетария был архитектор Михаил Осипович Барщ.

Открытие первого Планетария стало сенсацией общесоветского масштаба. 150 тысяч золотых рублей были потрачены не зря. Больше всего поражал тонкий железобетонный купол – при диаметре почти что 30 метров он был толщиной от восьми до двенадцати сантиметров.

Внешне Планетарий смахивал на медресе (недаром архитектор Барщ перед строительством долго путешествовал по среднеазиатским городам). Собственно, Планетарием его назвали всего-навсего по одному предмету (так же, как десятилетней давности «транзистор» – по одной лишь радиодетали). Этот планетарий был прибором, изготовленным германской фирмой «Цейс».

Он был проектором и поражал своей невиданной в то время сложностью: планетарий состоял из 119 отдельных фонарей, дающих на высоком куполе 5400 движущихся ярких точек – звезд, планет и прочих светящихся объектов. Тринадцатый знак Зодиака. Тринадцатый по счету Планетарий. Построенный опять же за тринадцать месяцев.

Немного в стороне – солидный Вдовий дом.

Дом номер 2 по Баррикадной улице (так до сих пор и не избавившейся от своего явно советского названия) сегодня обращает на себя внимание задумчивых ценителей архитектуры. Еще бы – ведь его строили дважды. Первый раз в 1775 году по проекту Джованни Батиста Жилярди (прозванного для удобства Иваном Дементьевичем). А второй – уже после войны 1812 года. Притом автором нового проекта был родной сын архитектора первоначального варианта, а именно Доменико (по-русски – Дементий Иванович). И в наши дни дом сохранил свои архитектурные достоинства, в первую очередь восьмиколонный портик.

Вдовий дом

При новой власти церковь Вдовий дом довольно быстро упразднили, разместили в нем Институт социальной гигиены.

Многим домам, построенным на Большой Никитской свыше двухсот лет. В Москве нет другой такой улицы, где столько зданий классической архитектуры. Это дало основание искусствоведам утверждать: «Лишь малое число улиц сохранило от прошлой истории не черепки, а столько памятников и в такой полноте» как на Большой Никитской.

Большая Никитская делится Никитскими воротами на две части. На площади Никитских ворот белеет монументальный храм под большим куполом с двумя портиками. Его высота 40 м, как у современного тринадцатиэтажного дома. Построен архитектором Григорьевым по проекту академика Федора Шестакова.

История церкви Большого Вознесения началась в конце XVIII века и связана с именем князя генерала фельдмаршала Григория Потемкина, мечтавшего вознести огромный собор высотою в 60 метров.

18 февраля 1831 года в одном из пределов церкви состоялось бракосочетание Александра Пушкина и Натальи Гончаровой, жившей поблизости, на Большой Никитской, д. 50 на углу со Скарятинским переулком.

На том месте, где находилась усадьба Гончаровых, построен доходный жилой дом. В нем поселился в 1903 г. и прожил свыше тридцати лет Владимир Иванович Немирович-Данченко, изучавший физику, математику, право в Московском университете, но нашедший себя в театре.

На Кудринской площади, куда впадает Большая Никитская, сохранился маленький двухэтажный «дом с лавками», где на втором этаже снимал квартиру Петр Ильич Чайковский. На Большую Никитскую, д. 24 композитор въехал в построенный один из первых доходных домов.

В торговом павильоне, построенном у Консерватории перед мировой войной, Сергей Есенин с друзьями, чтобы не умереть с голоду, открыл по разрешению Льва Каменева в конце 1919 года лавку, где продавал книги со своими стихами. Жил поэт рядом с магазином и Консерваторией по адресу Большая Никитская, д. 14.

В конце Большой Никитской сохранилась вереница особняков. В одном из них, доме 58, проживал профессор И.Н. Розанов, собравший «розановскую библиотеку» поэзии и песен, 8 тысяч томов, подаренных музею Пушкина на Пречистенке.

Живут на Большой Никитской и сегодня в новых и старых домах москвичи. В особняках разместились посольства. Но многие строения ждут инвесторов, чтобы достойно выглядеть и в XXI веке.

Завершая прогулку по Большой Никитской надо отметить, что самая оживленная ее часть находится в самом начале улицы. Именно здесь расположены магазины, театры, бары и рестораны. Именно здесь ежедневно прогуливается толпа зевак, пробегает множество деловых людей и спешат на учебу консерваторские студенты.

Вторая часть улицы, отделенная от первой бульварным кольцом – немноголюдна. На ней практически нет магазинов и заведений общественного питания. Красивый фонтан и сквер, рядом с церковью настраивают на умиротворяющий лад, тем самым как бы противопоставляя невозмутимое спокойствие суетности торговой половины Большой Никитской.

2006 г.



Понравилась статья? Поддержите нас донатом. Проект существует на пожертвования и доходы от рекламы