Греческая эпиграмма Неизвестные поэты

А. ИЗ «ВЕНКА» МЕЛЕАГРА

 
 

1. ТРИ ВИДА ЛЮБВИ

 
 

Не полюблю никого. Три любви меня одолели —

К деве, мальчишке, еще страстью к гетере горю.

Мучаюсь всеми. Гетера не примет меня. Ведь враждебны

Двери гетеры для тех, кто не имеет платить!

Ночью, бессонный, томлюсь у порога девы невинной,

Смея только одно — робко ее целовать!

Что же сказать мне о третьей любви? От мальчишки всего

лишь

Взоры и тщетность надежд вновь я и вновь узнаю!

 
 

2. ТО ЖЕ

 
 

Три метнула в меня стрелы богиня Киприда,

Сразу три острия душу пронзили одну!

Весь я пылаю, огнем охваченный, и, сомневаясь,

Мучаясь, я пропаду в бурном огне до конца!

 
 

3. ОБРЕЧЕННОСТЬ

 
 

Жаром и снегом круши, поражай меня стрелами молний,

В пропасть низвергни меня или в пучину морей!

Ведь изнемогшего в горе, сраженного силой Эрота,

Даже и Зевса огонь не в состоянье сразить.

 
 

4. ЛЮБОВЬ КАК СОБСТВЕННОСТЬ

 
 

Эта любовь для меня одного! А если, Киприда,

Слюбишься с кем-то, то я возненавижу любовь!

 
 

5. ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

 
 

Дай мне укрыться, Киприда, в гавани гостеприимной,

Сжалься, молю, надо мной — ради хоть собственных

мук!

Или ты жаждешь, чтоб я в страданиях, столь нестерпимых,

Молвил: «Видно, за Муз ранит Киприда меня?»

 
 

6. НЕУЯЗВИМОСТЬ ЛЮБВИ

 
 

Я до безумья упился: я пьян до безумья речами!

Глупость вместо меча взял я в дорогу с собой!

Вот и спою! А кто меня молнией здесь поразил бы?

Пусть поразит, ведь любовь неуязвима моя!

 
 

7. ПРИГЛАШЕНИЕ

 
 

«Не говори мне о том!» — «Почему? Самолично послал он».

«Точно так говоришь?» — «Точно сказал он: „Иди!"

Ну же, иди, да не трусь! Тебя ждут». — «Разузнать я

хотел бы

Прежде, а после идти — знаю, что будет потом!»

 
 

8. ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ

 
 

Труд оставьте пустой, мужелюбцы! Злосчастные, мукам

Обречены вы, надежд тщетных безумья полны!

Сушу морскою водою полить да в ливийской пустыне

Все песчинки в песке счесть до конца по одной —

Вот что значит юнцов почитать тщеславных, смазливых,

Милых земным мужам, милых бессмертным богам!

Все смотрите скорей! Мои муки были напрасны —

Так утекли, как волна моря в песок утекла.

 
 

9. ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

 
 

О, уязвлен я Эротом, а прежде не знал я закона

Страсти любовной, и вот сердце пылает огнем!

О, уязвлен я — к дурному не влекся, но этот невинный

Радостноласковыи взор в пепел меня обратил!

И да сгорит весь мой труд мусикийский и благоразумье

В сладостногорьком огне страсти и муки моей!

 
 

10. ДНЕВНАЯ ПЕСНЯ

 
 

Птицы, не щебечите, не мучьте меня понапрасну,

Милый мальчик уснул утром в постели моей!

Вы ведь, болтушки, в ветвях притаились — молю,

замолчите,

Сплетниц племя! Скорей дайте и мне отдохнуть!

 
 

11. ВОЗРОЖДЕНИЕ ЛЮБВИ

 
 

Страсть угасла моя к Антипатру, да новое пламя

Он поцелуем своим в пепле холодном раздул.

Дважды горел я одним огнем. О безумцы, бегите

Прочь от меня, я сожгу всех, кто был рядом со мной!

 
 

12. РОЗА В ШИПАХ

 
 

Плащ не снимай с меня, любуйся как изваяньем,

Руки и ноги мои — камень, а дерево — плоть.

Хочешь найти в Антифиле очарованье и прелесть;

Роза прекрасна — увы, спрятаны в листьях шипы!

 
 

13. ДИВНАЯ КРАСОТА

 
 

Если кого ты и видел прекраснее всех в целом мире,

О, чужеземец, узнай: это ведь Аполлодот!

Если, увидев его, ты тут же страстной любовью

Не возгоришься, то ты бог или камень тогда!

 
 

14. ВЛЮБЛЕННЫЙ ГЕРМЕС

 
 

«Юноша некий, Гермес, поразил меня в сердце стрелою» —

«О чужеземец! И я мучаюсь так же, как ты!»

«К Аполлодоту влекусь!» — «Желал я о том, состязатель,

Молвить, ибо одно пламя сжигает двоих!».

 
 

15. ЭРОТ В ПЛЕНУ

 
 

Радуйтесь, юноши! Ибо пурпурною нитью Киприды

Крепко Аркесилай бога Эрота связал!

 
 

16. НАКАЗАНИЕ

 
 

Как только я увидал Архестрата-красавца, сказал я:

«Зря говорят, что красив мальчик, Гермесом клянусь!»

Тут покарала меня Немесида и ввергла в ужасный

Пламень, и мальчик, как Зевс, молнию взором метнул!

Юношу мне умолять иль богиню? Ведь этот красавец

Кажется мне посильней... Что ж, Немесида, прощай!

 
 

17. КНИДСКИЕ ЧАРЫ

 
 

Будь, Арибаз, осторожней: способен расплавить ты целый

Книд—и камни твоим пламенем, рушась, горят!

 
 

18. ТО ЖЕ

 
 

Отроков много прекрасных персидские жены рождали,

Но Арибаз для меня самый прекрасный из всех!

 
 

19. РАЗДВОЕНИЕ

 
 

Мучат меня и терзают подобные смерчу Эроты,

Ныне я стражду, Евмах, скован безумьем двойным:

Манит сложенье меня, благородство осанки Асандра,

Только Телефа сильней взор привлекает меня!

О, разрубите меня поскорей пополам и раздайте

По справедливости им, так это сладостно мне!

 
 

20. БЕСПОКОЙНАЯ ЛЮБОВЬ

 
 

Бог ужасный, Эрот, никогда ты меня не направишь

К женщине — страстью к одним юношам пылко горю!

То я Демоном пылаю, то должен завтра Йемена

Видеть — так вот всегда длятся мученья мои!

Если б я только двоих и видел! Как будто из сети

Страстно рвется ко всем зренье безумное вновь!

 
 

21. КРАСОТА ГАНИМЕДА

 
 

Радуйся, Зевс, Ганимеду, на моего же Дександра

Издали ты смотри, я не ревную, поверь!

Ты же его похищаешь силой... Неправо ты правишь,

Зевс, ведь вся моя жизнь быстро угаснет тогда!

 
 

22. ВЕТЕР ЛЮБВИ

 
 

Ветрам весенним во всем, Диодор, совершенно подобна

Страсть моя, ибо во мгле темного моря летит.

То ты покажешься мне ненастным, а то вдруг светлеешь

Милой упыбкою уст, взглядом лучишься своим.

Словно крушенье терплю — несет меня бурное море!

Словно я сбился с пути — бьет меня водоворот!

 
 

23. ВЕНОК ВЕНКА

 
 

Тот ли венок из роз Дионисия красит, то ль сам он

Красит венок из роз? Да, проиграл ты, венок!

 
 

24. ЗАКЛИНАНИЕ

 
 

Если, Хариты, меня изберет Дионисий прекрасный —

Дайте ему красоту ранней цветущей весны!

Если другого полюбит вместо меня — то увядший

Мирт, что свеж был вчера, в мусор бросайте скорей!

 
 

25. ЗЕВС И ГАНИМЕД

 
 

Я Дионисия боле не вижу прекрасного; разве,

Отчий Зевс, у тебя он разливает вино?

Дерзким крылом помавая, орел, куда же уносишь

Ты красавца, и ран не нанесешь ли ему?

 
 

26. ТО ЖЕ

 
 

Дайте, Эроты, мне знать, кого он достоин! — бессмертных

Только? О, я не боюсь Зевса в таком вот бою!

Если ж для смертных юнец, то скажите теперь мне, Эроты,

Кто Дорофеем владел, кто Дорофея возьмет?

Ясно мне говорится, что будет моим он, но вскоре

Он уйдет... Никому не удержать красоты!

 
 

27. ЗАКЛИНАНИЕ

 
 

Я говорил много раз: «Прекрасен, прекрасен!» — и снова

Это скажу: «Досифей взором прекрасен своим!»

Я не пишу о любви ни на стенах, ни на деревьях,

В сердце властвует страсть — это я только пишу.

Если кто скажет, что он некрасив, — клянусь, о Эрот мой,

Лжет он тебе, только я правду один говорю!

 
 

28. ВТОРОЙ ЭРОТ

 
 

Ты быстрокрыл, о Эрот! А ты быстроног! Красотою

Оба равны. Только стрел, Евбий, ведь нет у тебя!

 
 

29. МАГНИТ

 
 

Тянет меня Гераклит магнесиец не медным доспехом —

Твердостью и красотой манит меня он к себе!

 
 

30. ПОБЕДОНОСНЫЙ ЛЮБИМЕЦ

 
 

Стал победителем в бое кулачном отпрыск Антикла

Менехарм, и ему десять повязок я дал,

После поцеловал, окровавленного в состязанье, —

Сладостней тот поцелуй меда и смирны мне был!

 
 

31. СИЛА СТРАДАНИЙ

 
 

Муку и горечь одну в несчастном и горестном сердце

Знаю, и страшную власть неодолимых оков!

Не укротить мне, Никандр, Эрота в неистовой страсти, —

Только все чаще меня жалит желание в грудь!

О Адрастея! Его накажи! О ты, Немесида,

Ты неприступнее всех — кару придумай ему.

 
 

32. ИСЧЕЗНУВШАЯ ПРЕЛЕСТЬ

 
 

Наш подурнел Никандр, увяла недолгая прелесть

Тела, от красоты — только названье одно!

Раньше мы знали его средь бессмертных, а ныне смотрите

Все как наказана спесь: щеткой густою волос!

 
 

33. КРАСОТА С ИЗЪЯНОМ

 
 

Смертные вовсе не зря повторяют одну поговорку:

«Боги не всем дают то, что им нужно бы дать!»

Безукоризнен твой лик, и в глазах твоих скрыта невинность

Славная, и красотой грудь неустанной цветет —

Всех превосходишь ты юношей этим, да только вот ноги

Так не красивы, как все прочее, милый, в тебе!

Пусть сандалии скроют ступни твои, Пирр мой прекрасный,

Модным фасоном, и ног формой понравишься всем!

 
 

34. НОЧНАЯ ПЕСНЯ

 
 

Пьяный пойду и спою очень громко... Прими же, мой

милый,

Этот венок, ведь он весь страсти слезою омыт!

Долог мой путь пребудет, ведь час уже поздний —

спустился

Мрак... А мне Фемисон светит, как светоч в ночи!

 
 

35. КОЛДОВСТВО

 
 

Вот положен кубарь, что ведает, как из-за моря

Мужа извлечь поскорей, из дому выманить жен,

Златом отделан искусно и выточен из аметиста,

Светлый — сей дар подает милой Киприде во храм,

Дар, перетянутый нитью из пряжи нежно-пурпурной,

От ворожеи Нико, Лариса град ей родной.

 
 

36. ЗАВЕРШЕНИЕ НОЧНОГО ПРАЗДНИКА

 
 

Этот шафран и повязки, и темный, сплетенный венками,

Благоухающий плющ жертвует тут Алексо

Сладостно-женственному, со взглядом лукавым, Приапу —

И кладет на алтарь в дар за священную ночь!

 
 

37. ДАР АФРОДИТЕ

 
 

Ночь не спала Леонтида, ведь сладостный Сфений был

рядом,

До лучезарной Зари Сфений ее услаждал!

В честь этой ночи она даровала Киприде кифару —

С Музами вместе на ней песни слагала она!

 
 

38. ТКАЧИХА СТАНОВИТСЯ ГЕТЕРОЙ

 
 

Трудолюбивый челнок Афине Битто посвятила

В дар — заставил ее голод в ткачихи пойти,

Ибо она, этот труд ненавидя, и тяжкие муки

Мыслей при том испытав, деве Афине теперь

Молвит: «Выберу ныне заботы богини Киприды,

Вместе с Парисом кладу камушек против тебя!».

 
 

39. ГЕТЕРА СТАНОВИТСЯ ТКАЧИХОЙ

 
 

Раньше гордилась она любовником щедрым, решившись

Немесиды презреть, дерзкая, грозную власть —

Ныне за плату кудель прибивает гребнем убогим.

Все же Палладе пришлось верх над Кипридою взять!

 
 

40. ПРЯХА СТАНОВИТСЯ ГЕТЕРОЙ

 
 

Здесь, на груди Агамеда, Филенион в сон погрузилась

Тайно, успев и во сне, видно, накидку соткать...

Афродита ткала за нее! Так пусть и поныне

Прялка и нити, и ткань в белой корзинке лежат!

 
 

41. ДАР АРТЕМИДЕ ПЕРЕД ЗАМУЖЕСТВОМ

 
 

Перед замужеством все, тимпаны и мяч свой любимый,

Сеточку для волос, куколки детские, в дар

Дева несет Тимарета, как принято, деве Лимнейской.

В храм Артемиды благой дарит одежды свои.

О Летоида! Пребудь милосердной — храни Тимарету,

Девы храни чистоту, будучи чистой сама!

 
 

42. ЖРЕЦ КИБЕЛЫ

 
 

О кормилица львов фригийских, о Гея-праматерь,

Чей диндимийский отрог мисты алкают узреть,

Я, оскопленный Алексис, тут жертвую повод безумья

— Лишь меднозвонныи порыв в сердце моем поутих, —

Жертвую гонги, губник тяжкозвучный звонкоголосых

Флейт, что некогда был рогом отросшим бычка,

Жертвую я и тимпаны, и кровью моей обагренный

Нож, и светлую прядь в пляске летевших волос!

Смилуйся, о госпожа, и того, кто безумствовал юным,

В старости не допусти к новым безумствам твоим!

 
 

43. ДАР ДИОНИСУ

 
 

Еж остроиглый, с щетиной косматой, густой, собиратель

Ягод, вор кладовых, сладких сушилен разор,

Катишься ты, словно шар, виноградом тесно утыкан —

Эту зверюшку Комавл Бромию в дар преподнес!

 
 

44. ПУСТАЯ МОГИЛА

 
 

Детям, себе и супруге выстроил эту гробницу

Андротион, и никто не погребен тут пока.

И да останусь пустой! А если кого и придется

Взять, то пускай-ка ко мне старшие прежде придут!

 
 

45. ЭПИТАФИЯ УБИТОМУ ПУТНИКУ

 
 

Трижды несчастный! Лежу, разбойника жертва, убитый

Где-то в дороге — увы, некому плакать по мне!

 
 

46. ЭПИТАФИЯ ДЕТЯМ

 
 

Здесь, в могиле одной, покоятся дети Никандра

И Лисидики. Один утра рассвет их унес.

 
 

47. ЭПИТАФИЯ РЕБЕНКУ

 
 

Неумолимый и неотвратимый Аид, поразил ты

Каллисхрона, отняв детство и жизнь у него.

Будет младенец теперь в обители жить Персефоны

Вместо забавы ее; нам же останется скорбь.

 
 

48. ТО ЖЕ

 
 

Кудри твои не остригли еще и луна не свершила

В третий год над землей ей предрешенных дорог,

А уж над урной твоей Никосида с отцом Периклитом

Горький подняли плач, бедный ты наш Клеодик.

Ныне у берегов незнакомого нам Ахеронта

Юность твоя расцветет, но не вернет нам тебя!

 
 

49. ЭПИТАФИЯ НОВОБРАЧНЫМ

 
 

Вот что хуже всего-то — оплакиванье молодого

Иль молодой, ведь вмиг оба погибли они!

Счастье двух новобрачных, Евпола с Ликенион доброй,

Спальня убила, упав в первую брачную ночь.

Вот ведь горе какое! Евдик, ты плачешь по дочке —

Ты над сыном своим, Никий несчастный, скорбишь.

 
 

50. ЭПИТАФИЯ ОХОТНИКУ

 
 

Вы, Наяды, и вы, прохладные пастбища, дайте

Знать на весеннем пути пчелам про то, что Левкипп

Старый, в засаде засевший на зайцев быстробегущих,

Мертв, — он насмерть замерз в очень холодную ночь.

Рою пчелиному больше не видеть заботы, пастушьи

Горы и долы по нем примутся плакать навзрыд.

 
 

51. ЭПИТАФИЯ УТОНУВШЕМУ РЫБАКУ

 
 

Критянин Содам, Нерей, на море погиб. Неразлучен

С сетью он был, и с твоей крепко он свыкся водой.

Опытным был рыбаком, но, когда поднимается буря,

Даже своих рыбаков море тогда не щадит.

 
 

52. ЭПИТАФИЯ ИВИКУ

 
 

Мыс оконечный пою низинной Италии, Регий,

Вечно о камни его бьет тринакийский прибой —

Прах того, кто был друг кифары и юношей милых,

Тихо покоится тут... Ивик под вязом лежит!

Сладко и щедро любил он — и щедро плющ над могилой

Вьется, и шепчет слегка сладостный ствол тростника.

 
 

53. СПАРТЕ

 
 

Непобедимая встарь и врагам недоступная Спарта!

Тени лишенная, ты дым от оленских костров

Видишь теперь над Евротом. Со стоном вьют твои птицы

Гнезда на голой земле; волки не слышат овец.

 
 

55. ИЗОБРАЖЕНИЕ ЭРОТА НА РАКОВИНЕ

 
 

Некогда я на камнях, омываемых влагой, лежала,

Лакомясь на глубине пышной травою морской.

Ныне сладостный вестник Киприды благовенчанной

Спит у меня на груди — нежный малютка Эрот!

 
 

56. ЛЮБОВЬ И НЕНАВИСТЬ

 
 

Любящих всех я люблю! Но умею тех ненавидеть,

Кто причиняет мне вред; опытен в том и другом.

 
 

57. КУВШИН

 
 

Кругл и ушаст, и пузат, длинногорлый, продолговатый,

А уж болтлив, хоть и мал, неутомимый роток!

Музам служка веселый, и Вакху, и Киферее —

И посмеется-то всласть сладостный ключник пиров!

Я накачался — он чист, я, как стеклышко, чист, а он

полон...

Несправедливо! Нельзя быть на попойке таким!

 
 

58. КОЛОСС РОДОССКИЙ

 
 

Жители Родоса, племя дорийцев, колосс этот медный,

Величиной до небес, Гелий, воздвигли тебе,

После того как смирили военную бурю и остров

Обогатили родной бранной добычей своей.

Не над одним только морем, но также равно и над сушей

Светоч свободы они неугасимый зажгли, —

Ибо ведущим свой род от Геракла по праву наследства

Власть подобает иметь и на земле и в морях.

 
 

63. ДАР ЖИТЕЛЕЙ ФЕСПИЙ

 
 

Древле из Феспий равнинных воители посланы были

Вдаль, за предков своих варварам в Азию мстить!

Персов град сокрушив с Александром, они Громовержцу

Дивный треножник как дар памятный в храм поднесли.

 
 

64. ЭПИТАФИЯ ПАВШИМ У ХЕРОНЕИ

 
 

Время — божественный зритель всех дел человеческих.

Вечно

Миру о нас повествуй, что мы терпели и как,

Землю святую Эллады от рабства избавить желая,

На беотийских полях жизни лишились своей.

 
 

65. ЭПИТАФИЯ ОРФЕЮ

 
 

Только скончался Орфей, Каллиопы дитя и Эагра,

Плакала горько над ним женщин бистонских толпа,

Руки в кровь разодрав, осыпали русые пряди

Темным прахом золы, пепел бросали на грудь.

С ними рыдал сам Ликей, искусный в игре на форминге,

Хор пиерийский поток слез проливал и стонал.

Скалы с дубравами плач поднимали, скорбя по Орфею,

Плакали все, кого он некогда песней пленял!

 
 

66. САПФО

 
 

К храму блестящему Геры сиятельноокой сходитесь,

Лесбоса девы, стопой легкою в пляске скользя.

Там хоровод вы богине зачните; Сапфо перед вами

В нежных руках пронесет лиру златую свою.

Сколь в многорадостной пляске блаженны вы, девы!

Как будто Сладкий свой гимн запоет вам Каллиопа сама!

 
 

67. ЭРИННА

 
 

Только весна твоя пела медовосладкие песни,

Звонкий лебедя зов слышался только от уст —

Вот уж тебя и погнала по валким зыбям Ахеронта

Мойра-судьба, госпожа прялки и веретена!

Песен прекрасный труд подсказал нам, благая Эринна, —

Ты не погибла: поет голос твой средь Пиэрид!

 
 

68. ТО ЖЕ

 
 

Этот лесбийский сот — Эринны! А если и мал он, —

Музы налили его медом своим до краев!

Триста этих стихов равны по значенью Гомеру,

Хоть девятнадцать годов было Эринне всего.

Даже из страха пред матерью, сидя за пряжей непрочной,

Или за ткацким станком, Музам служила она.

Так же как лучше Эринны Сапфо в лирической песне,

Так же Эринна в стихах эпоса лучше Сапфо.

 
 

69. ЭПИТАФИЯ РАБУ

 
 

И под землею тебе, господин мой, верен пребуду,

Я, как и прежде, твоих милостей не позабыл.

Трижды ты указал, больному, мне путь исцеленья,

Ныне же ты предложил этот пригодный мне кров.

Ты написал, что Ман я и перс по рожденью.

Спасибо! Я пожелаю тебе слуг еще лучших иметь!

 
 

70. ЭПИТАФИЯ УБИТОМУ

 
 

Путник, если придешь в лозою обильную Фтию,

В град древнейший придешь, что Фавмакией зовут,

Молви всем, что, минуя дубраву Малеи пустынной,

Холмик Дерксия ты, сына Лампона, видал.

Шел он как-то один, направляясь в дивную Спарту,

Сзади внезапно напав, воры сгубили его.

 
 

71. НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ СВИДАНИЕ

 
 

«Здравствуй, красотка!» — «Привет!» — «А кто

впереди... Там?» — «Неважно!»

«Дело есть у меня»! — «Это моя госпожа!»

«Можно надеяться?» — «Да». — «Сегодня ночью?» —

«Что дашь ты?»

«Золото!» — «О, хорошо!» — «Вот!» — «Это мало...

Отстань!»

 
 

72. МЕЧТА ЮНОШИ

 
 

Ветром хотел бы я стать, чтоб, гуляя по берегу моря,

Ты на открытую грудь ласку мою приняла.

 
 

73. ТО ЖЕ

 
 

Розой хотел бы я быть, чтоб, сорвавши своею рукою,

Место на белой груди ты ей, пурпурной, дала.

 
 

74. ДВА БЛАГОВОНИЯ

 
 

Шлю тебе мирру, и это — немалая честь благовонью:

И без него ты сама благоуханна всегда.

 
 

Неизвестные поэты

 
 

А. ИЗ «ВЕНКА» МЕЛЕАГРА

 
 

3. См.: Асклепиад, эпигр. № 14.

 

14. Кто-то беседует со статуей Гермеса, стоящей в гимнасии.

 

16. См.: Мелеагр, эпигр. № 96.

 

17-18. Книд — город в Карий (М. Азия), восточный центр культа Афродиты. Арибаз — имя персидское; один из его носителей был правителем г. Сард при царе Антиохе Великом (242-187).

 

31. Адрастея, часто отожествляемая с Немесидой, богиня мщения.

 

33. Сопроводительная надпись к подарку. Ст. 2: цитата из «Илиады» (IV, 320).

 

34. См.: Асклепиад, эпигр. № 11-13.

 

35. Кубарь, т. е. волчок, обычно применялся в колдовских целях. Фессалийский г. Лариса был известен своими волшебницами (см.: Феокрит, Идиллия II и др.).

 

36. Шафран — здесь окрашенное стеблями одноименного растения нежно-золотистое одеяние.

 

38. См.: Леонид, эпигр. № 94; Антипатр, эпигр. № 43 и др. Намек на суд Париса, выбравшего из трех богинь Афродиту.

 

39. Состарившаяся гетера занялась ткацким ремеслом.

 

40. Юная Филенион, не успев соткать накидку, убежала на свидание; она предпочла жизнь гетеры.

 

41. Артемида (Летоида — дочь Лето) Лимнейская: в г. Лимны в Мессении (Пелопоннес) был знаменитый храм Артемиды.

 

42. Фригийская Кибела отожествлялась греками с богиней Геей и ее дочерью Реей. Диндимон — см.: Леонид, эпигр. № 44. Галл, т. е. жрец богини, оскопив себя, принес ей в жертву нож.

 

43. Хозяин виноградника убил и принес в жертву Дионису ежа, который подбирал с земли рассыпанные для просушки виноградины.

 

44. Эпитафия подлинная и переведена на латинский язык Авсонием.

 

48. Ребенок умер до праздника Апатуриев. На третий день этого праздника, справляемого повсеместно в октябре-ноябре, отцы представляли сыновей трехлетнего возраста для зачисления в списки граждан, тогда же мальчикам впервые подстригали волосы.

 

49. Эту эпитафию или случай знал Овидий (Ибис, 529).

 

50. Наяды — нимфы материковых вод.

 

52. Тринакия — Сицилия. Ивик — см.: Антипатр, эпигр. № 19. Вязы обычно росли возле могил как деревья скорби. Ствол тростника: авлос или свирель на могиле поэта.

 

53. Опустошение Лаконии, предпринятое отрядами Ахейского союза, произошло в начале II в. или несколько позднее. Олен — город в Ахейе (Пелопоннес), член Ахейского союза и активный участник борьбы со Спартой. Еврот — река в Спарте.

 

56. Знаменитая сентенция, впервые известная по Архилоху (VII в.).

 

58. Колосс Родосский: см. Симонид, эпигр. № 58. Гелий — бог Гелиос. Ст. 3: победив Деметрия Полиоркета, родосцы в 304 г. восстановили свою свободу. Ст. 7: по преданию, на Родос привел дорийцев сын Геракла Тлиполем. Эта надпись была выбита на мраморном пьедестале статуи.

 
 

Б. РАЗЛИЧНЫЕ АНОНИМНЫЕ ЭПИГРАММЫ

 
 

59. Македонский царь Филипп V (221-179) приносит дар богине Гекате в честь победы над правителем фракийского племени одрисов Кироадом в 183 г.

 

60. Если Алкей в эпиграмме Алкей Мессенский (см. эпигр. № 4), то автором ее можно считать Филиппа V. Подобным образом обманутый муж, согласно греческому обычаю, наказывал пойманного им любовника своей жены — см.: Аристофан. Облака, 1083.

 

61. Таковой была надпись на пьедестале статуи Писистрата в Афинах, как свидетельствует автор позднеантичного Жизнеописания Гомера. Потомки Эрехфея — афиняне. Подобные суждения характерны для августовской эпохи.

62. Афинский полководец, государственный деятель и глава демократической партии Фемистокл во время борьбы греков с персами был инициатором создания мощного афинского флота, во многом решившего исход войны. Но так как его мать была фракиянкой, Фемистокл не мог считаться полноправным гражданином Афин.

 

63. Жители беотийского города Феспий активно участвовали в войне с персами. Здесь феспийцы, участники походов Александра Македонского, свою часть военной добычи в 330/ 329 гг. посвящают Зевсу Громовержцу.

 

64. Эпитафия павшим в сражении при Херонее в Беотии, где в 338 г. Греция была завоевана Македонией. Впоследствии в Афинах был обнаружен памятник павшим, о котором рассказывает Павсаний (I, 29, 13), причем отдельные слова и буквенные сочетания его фрагментарной надписи идентичны данному тексту. Памятник датирован концом IV в., поэтому поздний поэт Гетулик не мог сочинить эту эпитафию, вопреки свидетельствам обеих антологий.

 

65. Эпитафия Орфею — см.: Дамагет, эпигр. № 2. Пирейский хор — хор Муз. Ликей — Аполлон.

 

66. У храма Геры на о. Лесбосе, родине Сапфо, проводились состязания красавиц. Возможно, здесь описывается картина, изображающая такое состязание девушек.

 

67-68. Возможно, это эпиграфы к поэме «Прялка» Эринны. Стихи эпоса — гексаметр, т. е. размер стиха поэмы. См.: Асклепиад, эпигр. №

 

28; Антипатр, эпигр. № 58.

 

69. «Пригодный кров» — саркофаг. Ман имя раба. См.: Анита, эпигр. № 23.

 

70. Фтия — область Фессалии, здесь — вся Фессалия. Фавмакия — город там же. Малея — лесистый мыс на юго-восточной оконечности Пелопоннеса, слывший прибежищем пиратов.

 

71. См.: Филодем, эпигр. № 4.

 

72-74. Чрезвычайно популярные в античности двустишия, неоднократно цитируемые на греческом и латинском языках.

 
 
 
 


Понравилась статья? Поддержите нас донатом. Проект существует на пожертвования и доходы от рекламы